<< Назад

Однажды в лесу от одиночества, от отчаяния он закричал

В отчаянии от смерти дорогого человека Гэрроу ушел в леса, схоронившись от людей и себя самого. Он стал озлобленным, печальным, одиноким и безрадостным, обвиняя себя в том, что не смог помочь умирающему Ту маре. Уеди-ненность свою он тоже воспринимал как слабость. Ему хотелось предстать перед испытаниями, но где они, он не знал. Он оказался в ловушке, стал жертвой мифа, жить в котором был принужден обстоятельствами, не зная и не ведая, что тайна его последнего испытания заключена в кольце, с которым он не расставался.

Однажды в лесу от одиночества, от отчаяния он закричал; он остался совсем один, покинутый, брошенный на произвол судьбы своим единственным другом-учителем- отцом. Ему было неведомо, что даже если бы учитель и не умер, ему все равно суждено было пройти через одиночество. Это и было одним из испытаний.

Это нарождающаяся в нем человечность заставляла страдать от одиночества, Это начала сбываться легенда, хранимая в памяти его предков, передаваясь из поколения в поколение. И очень трудно было Гэрроу принять, что это и есть предначертанный ему, путь. Его память, хранившая предания глубокой старины, подсказывала, что через одиночество путь лежит к человечности, в этом отношении он вполне соответствует легенде.

А началось все, когда он присел отдохнуть под развесистой ивой. Сознание вновь заполнили мысли о возможных испытаниях, и тут его разум тучей затмило одиночество. Глаза заполнились слезами. Он старался не заплакать, убеждая себя, что рожден, чтобы править и повелевать, что его ждут испытания, и слезами делу не поможешь. Но, увы, что за испытания, какое дело, куда идти, с кем бороться? Взглянув на кольцо на пальце он больше не мог сдержаться и горько-горько зарыдал. Слезы наполняли глаза, превращая кольцо в размытое пятно. Одна только мысль терзала сего: “Завтра, может быть завтра начнутся мои испытания.”

Но и на следующее утро испытания все не появились. Он отправился к далекой горе. А там нашел наполовину ушедшие в камень меч и щит. “Ну, наконец-то,— вздохнул он,— я докажу теперь свое благородство, вытащив из камня меч и щит”. Он был так обрадован, что предстал перед настоящим испытанием, что совсем потерял чувство реальности.