<< Назад

Надежда все-таки есть

А мое мнение,— продолжала я,— что надежда все-таки есть. Безусловно, это сын возвел вас на такую неестественную ступень взаимоотношений, но вы меня вовсе не пугаете. Я знаю, что вы всего лишь фикция, плод его воображения, и он хочет бояться, что вы можете умереть или причинить ему другую боль, поэтому и старается избегать возмужалости. У каждого есть свои доводы, почему можно бояться, его доводы — не исключение. А возмужать и стать ответственным за себя, особенно, если нет рядом отца, способного показать, как это сделать,— тут нужно немало мужества.

И если в нем есть хоть немного мужества, он предстанет перед вами и задаст вам вопрос: “А не считаешь ли ты, что недооцениваешь, насколько я на самом деле плохой?” Мне кажется, он вполне это сможет, хотя я, конечно, не знаю его так хорошо, как Стивен. Впрочем, я сомневаюсь, достанет ли в вас силы и ума подсказать ему, что вовсе ему не нужны ни вы сами, ни помощь терапевта. Вероятно, даже собственными похоронами не научите вы его этому. Хотя похороны вам он может справить в любое время, хоть сейчас, чтобы сказать прощай плоду своего воображения, сказать прощай его терапии, может распрощаться даже со своей реальной матерью, бедной женщиной, изо всех своих ограниченных сил старающейся совместить свои собственные потребности к взрослой интимности с преданностью маленького мальчика.

Каждый клиент в конце концов решается жить согласно ценностям, в которые сам веруешь, а еще прозревает, что не соответствует этим ценностям. И после того, как Стивен прочел Джерри эту свою лекцию, еще раз напомнив, что тот должен забытьи все, что было сказано, и все о чем он подумал, услышав сказанное, Стивен вышел из комнаты, а еще через некоторое время я сама напомнила Джерри, что совершенно не заинтересована, чтобы он менялся. Это совсем его добило, однако глубоко в трансе он никуда не ушел. И даже после транса он еще долго сидел, а потом собрался и вышел из комнаты интересным, притягательным, сопереживающим человеком. Этот сеанс мы никогда не обсуждали, потому каждый способен на своё собственное решение.

А Рик сбросил-таки с себя тяжесть, позволив левитирующей руке просто легонько ее подтолкнуть; на знаю, сознательно ли он это сделал. Пробил тот самый час, и он избивался от тяжести. Впереди предстояло еще немало тяжелых сражений. В этот же вечер он услышал в себе голос внутренней матери, объявляющей, что решила вернуться, чтобы остаться. Она сказала, что уходила лишь ненадолго, и что вернуться ее заставили те ужасные вещи, о которых говорили Кэрол и Стивен. Но в конце концов Рик стал перед ней и заявил, что не может больше позволить, чтобы она оставалась в нем. Она стала угрожать, что если он решил убить ее, она разделится на миллионы частей и будет досаждать ему миллионом голосов. В этот момент он осознал известный страх, когда сходят с ума, и что именно он сам и создал этот голос матери у себя внутри. И в туже секунду голос исчез.

Еще через месяц он проснулся посреди ночи, объятый ужасом от вновь появившегося голоса матери, что на самом деле она никуда не уходила. Не поддавшись панике, он сказал себе, что нужно найти более действенный способ, чтобы справиться со страхами, научиться бояться по-взрослому, и тогда голос вновь исчез, теперь уже навсегда.