<< Назад

Но как же глупый поросенок может стать гвоздем программы?

Он договорился о замене, и кем, как вы думаете, заменили Болвашу? — маленькой свинкой-клоуном по кличке Хрюня. Хрюня был толковым поросенком и, если прислушаться, мог даже сказать свое имя.

На хвостике у него был веселенький в горошек бантик, еще он носил клоунский воротник и замысловатую шапочку с помпоном. А на пяточке красовался клоунский красный нос.

Из-за кулис Болваше видно было, как Хрюня и через обручи прыгает, и по канату ходит, и даже на велосипеде катается. И все это с таким достоинством и уверенностью в себе. А зрители хохочут и что-то весело выкрикивают. И даже клоуны ему аплодируют. И Болваше стало так одиноко; вам, вероятно, тоже известно, что значит чувствовать, когда ты никому не нужен.

Но как же глупый поросенок может стать гвоздем программы, думал Болваша. И как это у него все так легко получается? Все просто с ума посходили по Хрюне и опять вызывают его на бис. Вечер проходил за вечером, а Болваша наблюдал за Хрюней. Видно, что Хрюне нравится выступать, очень нравится. И каждый вечер Болваше приходилось слышать, как Хрюня называет себя по имени.

А вот чего Болваша не знал — пока он наблюдал за Хрюней, за ним тоже кто-то наблюдал. А Болваша не переставал удивляться, как это поросенок справляется со всей своей работой и при этом еще заставляет людей смеяться и от д уши веселиться. И вот однажды, когда Болваша привычно уже стоял за кулисами и с тоской наблюдал за Хрюней, чувствуя себя таким несчастным, потому что его заменили свинкой, этот кто-то, давно наблюдающий за Болвашей вышел из тени и оказался дрессировщиком Хрюни. Дрессировщик сказал: “Я наблюдал за тобой, Болваша, и хочу, чтобы ты знал, что свинки все это делают, не потому, что у них талант. Свиньи не рождаются клоунами. Когда я дрессировал Хрюню, мне приходилось заставлять его делать каждый шаг. И ты придешь ко всему щаг за шагом”. После этого Болваша долго думал и решил, что может быть ему понравится участвовать в небольших сценках. И он начал тренироваться жонглировать, добавляя каждый раз по мячику. Раньше он и не знал, как это здорово, потому что никогда прежде не утруждал себя жонглированием. Ему всегда каталось, что это слишком трудно. И неожиданно он обнаружил, что у него даже особый дар к жонглированию. Мало-по-малу, день за днем он стал внимательнее прислушиваться к своему учителю и понял, каким веселым и интересным может быть его клоунский учитель. И он стал еще упорнее заниматься, потому что понял, что гораздо интересней и веселей быть настоящим клоуном, чем просто маленьким классным клоуном.